В память о Сталине Ефимовне Мининзон - учителе химии, кинологе и человеке.

В январе 2024 г. в 91 год ушла из жизни легендарная рижанка Сталина Ефимовна Мининзон – учитель химии и биологии, талантливая дрессировщица собак. В прошлом она руководила Клубом беспородных собак и ездила по Латвии с агитбригадой собаководов-любителей, питомцы которых выступали в соревнованиях. Белка, собака Сталины Ефимовны, снималась в фильме Стрейча «Лимузин цвета белой ночи».

В 2023 году вышел очередной номер альманаха о русских людях в Латвии. Он был целиком посвящен Сталине Мининзон.

Сталина Ефимовна много лет работала учителем химии и биологии. В рижской школе № 68 ей приходилось воспитывать и очень трудных подростков, но в сложных ситуациях практически всегда ее выручало чувство юмора и оригинальный подход.
Ее коллега, молодая учительница математики, не могла справиться с хулиганистыми подростками: они принесли с экскурсии на стекольный завод стеклянные шарики и разбросали по всей школе, даже повредили стеклянные двери. Педагог в слезах пришла за советом к Сталине Ефимовне: «Что делать? Мальчишки отдавать шарики не хотят, а ведь могут кого-то поранить!» Мининзон перевела все в шутку. Попросила подростков отдать ей стекляшки, «потому что у них их много, а у нее «шариков не хватает». Дети развеселились и один за другим стали приносить и сдавать свои «стекляшки» учительнице. Все это она принесла и высыпала на стол завучу. Больше никто в школе со стеклом не хулиганил.

Сталина Мининзон признавалась, что увлечение кинологией очень помогло ей в воспитании детей:«Надо знать законы стаи! Ведь человек – это просто двуногое животное. Ученика-провокатора следует осадить и выставить в глупом свете, тогда другие ученики сделают выводы и не позволят себе хулиганства. А если не знаешь психологии и не понимаешь законов стаи, какой ты учитель?»

Оригинальные методы воспитания были хоть и спорны, но приносили свои плоды. Из записей воспоминаний самой Сталины Мининзон:

«Когда дети отвлекались на разговоры, я замолкала и спрашивала: «Вы о чем беседуете, о химии?» Самые дерзкие отвечали: «Терпеть не можем вашу химию!» Но я всегда находила остроумный ответ. А один раз мне кто-то из учеников сказал: «Вы ведете урок не так, как нужно!» Я прислушалась к критике, и следующий урок вел он сам. Мой отпор всегда отрезвлял любителей срывать уроки».

Урок должен иметь четкую структуру, считала учитель химии: приветствие, затем обязательно шутка, которая разряжает обстановку и настраивает на контакт учителя с учеником, а потом уже опрос и объяснение новой темы. Сталина Ефимовна одной из первых ввела в практику тестовый опрос, причем работала с секундомером. На определенное задание школьникам давалось пять минут. Затем нужно было быстро сдать тетради. За минуту до окончания срока поступало предупреждение. Никто из учителей тогда, в восьмидесятые, таким методом еще не пользовался.

«Выходки учеников я никогда не оставляла без внимания и могла потратить часть урока на воспитательные беседы и разговоры по душам, – рассказывала учитель.

Еще в начале своей учительской карьеры в сельской школе Сталина Мининзон разработала свою методику оценивания, при которой сами ученики контролировали друг друга: «На письменное задание отводилось 15 минут, а затем левый ряд проверял ответы у правого, а правый – у левого. После чего я листочки собирала и проверяла сама, при этом мне помогали несколько учеников-отличников. Таким образом ученик одну оценку получал от соседа, вторую за то, что проверил соседа, а третью от меня. Практиковала и перекрестный опрос – когда один ученик начинал отвечать, другой подхватывал, третий продолжал, и так за время опроса удавалось опросить сразу многих школьников и выставить оценки. Мининзон практиковала строгий, но в то же время демократичный подход. Так, ученикам не ставила двойку, если они до начала урока честно предупреждали, что не готовы отвечать. Причем оценки за нарушение дисциплины или какие-то забытые школьные принадлежности (ручки, карандаши, линейки) никогда не учитывались при выведении средней отметки за четверть, но дисциплинировали учеников.

«Как-то вызвали меня на педсовет, посвященный работе с трудными детьми. Передо мной двое учителей в красках жаловались на своих сложных учеников. А когда дали слово мне, я рассказала , что моем классе тридцать человек, пятнадцать из них растут без отцов. У этих пятнадцати восемь пьющих матерей. Пять учеников состоят на учете в психдиспансере, еще пять – в детской комнате милиции, а третья пятерка находится в группе риска. Когда поделилась этим фактом, смотрю, у некоторых коллег волосы зашевелились, а у кого-то и глаза полезли на лоб. До этого разговора многие о моем сложном классе даже не знали. А все почему? Рядом с нашей школой работала престижная школа № 34, которая все время сплавляла своих не лучших учеников к нам. Директор там регулярно проводила «чистку», и все отсеянные дети, особенно с проблемами поведения, оказывались у нас. А кому предлагалось принять их в свой класс? Конечно, Сталине Ефимовне.