осетинская народная песня ЦЫКУРАЙЫ ФÆРДЫГ исп. КАМИЛЛА КУСОВА

В развитии мировоззрения осетин существенную роль сыграла мифология, которая и послужила исходным материалом для создания фольклорных произведений. «Цыкурайы фæрдыг» дословно переводится "бусина, дающая все, о чем попросишь".
«Цыкура» бывала шести цветов:

1) красная с тремя полосками — синей, черной и белой;

2) белая, с легким синим оттенком, называемая «ӕхсыры бӕркады цыкурайы фӕрдыг» (буса — «Цыкура», будто бы дающая изобилие молочных продуктов), хранилась в миске с молоком, в которой каждое утро менялось молоко;

з) черная, дарующая детей бездетным;

4) желтоватая, дающая благосостояние скоту, хранилась в хлеве над главным столбом ;

5) белая с черным оттенком, дающая изобилие урожая, хранилась в зернохранилище;

6) красная, служившая для гадания, чаще бывала у гадалок.

Как рассказывали наши предки, «Цыкура» отнималась у змей.

Она могла приносить семье счастье, но также могла сделать ее и несчастной, если ей не оказывали должного внимания. Когда находили бусину то, чтобы проверить, каким качеством она обладает, клали ее в отверстие дерева и оставляли там на целый год. Если и течение года дерево высыхало, то бусу считали приносящей несчастье и оставляли там. В противном случае семья в честь нее готовила кувинӕгтӕ — три хӕбизджына, пиво, барашек, три свечи, маленькую деревянную коробочку, кусок шелковой ткани, кусок чистой ваты) и торжественно вносили бусину в дом. Ее заворачивали в вату, клали в ящичек и относили в кабиц (кладовую), где и прятали в правом углу.
Семьи, обладавшие «Цыкура», посвящали ей ежегодно барашка, в честь нее варили пиво, хранили банку масла. Смотреть на нее можно было только в год один раз, в ночь на Ног бон. Но в виде исключения доставали ее на обозрение, когда в семье кто-либо тяжело болел.

«Цыкурайы фӕрдыг» — бусину изобилия и счастья хранили, как говорится, за семью замками от всякого постороннего глаза.


Ахæм мой ма скæнин æз…
Уæртæ мын авд хохы фале
Залиаг калм цыкурайы фæрдыгæй хъазы,
Уый арвайдæн у, арвайдæн!
Уый мæнæн чи ‘рбахæссид,
Уый уаид мæнæн мæ цардæмбал...
Авд æфсымæрæн уыди зыбыты иунæг хо,
Дунейы рæсугъд, æмæ мой кæны.

Ахæм мой ма скæнин æз…
Уæртæ мын Хъариу-хохы сæрæй
Авд суадоны цы фурдмæ хауынц,
Уым садтан бабызтæ сæхи найынц!
Уыдонæй мын чи ‘рбахæссид,
Уый уаид мæнæн мæ цардæмбал…
Авд æфсымæрæн уыди зыбыты иунæг хо,
Дунейы рæсугъд, æмæ мой кæны.

Ахæм мой ма скæнин æз…
Уæртæ мын сау денджызы астæу
Сакъадахæй сау рувас цæуы,
Уый царм мæнæн æвцæгкотæн чи ‘рбахæссид,
Æз уымæн раттин разыйы дзуар,
Уый уаид мæнæн мæ цардæмбал…
Авд æфсымæрæн уыди зыбыты иунæг хо,
Дунейы рæсугъд, æмæ мой кæны.

Рараст хæххон цуанон, рараст.
Сынты базыры хуызæн æфсургъыл
Баппæрста йæ саргъ, йæ нымæт, лæппутæ!

Гъеныр дунейы рæсугъд мæнæн разыйы дзуапп куы раттид,
Æз уымæн уæларвæй стъалы раскъæфин.
Уæй, дæлдзæхæй йын æнусон цард ракурин.

Гъе ныр фарн хъусджытæн
Æмæ гъе уыдонны ‘рцыдмæ хорзæй фæцæрат!