Россия дала жёсткий ответ на иск из США на $225,8 млрд по долгам империи

В американском суде всплыла история столетней давности, но Москва дала ясно понять: превращать архивы в инструмент давления не получится. Россия официально ответила на иск инвестиционного фонда Noble Capital RSD, который требует сотни миллиардов долларов по облигациям Российской империи времён Первой мировой войны.

Суть претензий выглядит эффектно и даже вызывающе. Фонд заявляет, что владеет облигациями выпуска 1916 года на сумму 25 млн долларов с купонной ставкой 5,5% годовых. По версии истца, если к этому долгу прибавить проценты, накопленные более чем за сто лет, итоговая сумма якобы достигает 225,8 млрд долларов. Именно такую цифру Noble Capital RSD указал в иске, поданном в федеральный суд округа Колумбия против Российской Федерации, Минфина, Банка России и Фонда национального благосостояния.

Ответ Москвы оказался жёстким и предельно формальным. Через международную юридическую фирму Marks & Sokolov, представляющую интересы государства, Россия потребовала от истца отозвать иск до 30 января. В противном случае российская сторона намерена подать ходатайство об оставлении дела без рассмотрения. Основанием выбран американский закон Foreign Sovereign Immunity Act, который прямо защищает иностранные государства от подобных исков в судах США.

Фактически Россия дала понять: обсуждать цифры, проценты и «наследие империи» она не намерена. Позиция выстроена не на эмоциях, а на праве. Обязательства по царским займам были аннулированы ещё после революции, и ни СССР, ни современное государство никогда не признавали себя должниками по этим бумагам. С точки зрения Москвы, попытка вернуть эти долги через американский суд — юридический тупик.

Особое раздражение вызвало то, что истец напрямую увязывает иск с замороженными активами. Noble Capital RSD рассчитывает получить деньги не из бюджета, а за счёт российских резервов, заблокированных после 2014 года и особенно после 2022 года. В иске прямо говорится о возможности взыскания за счёт этих активов и даже о введении внешнего управления в случае их возможной разблокировки. Именно здесь, по мнению российских юристов, проходит красная линия.

Если перевести требования фонда в более наглядные масштабы, картина становится ещё выразительнее. 225,8 млрд долларов — это около 17,5 трлн рублей по текущему курсу. Для сравнения: это примерно 43% годового федерального бюджета, доходная часть которого оценивается в 40,2 трлн рублей. Эта сумма также превышает совокупную рыночную стоимость крупнейших компаний страны — Сбербанка, «Газпрома» и «Роснефти», вместе взятых. Подобные сопоставления в Москве расценивают не как экономический расчёт, а как откровенный политический жест.

В комментариях подчёркивается и другой важный момент: подобные иски могут создать опасный прецедент. Если суд вдруг согласится рассматривать «царские долги» как действующее обязательство, это откроет ящик Пандоры для десятков аналогичных претензий — не только к России, но и к другим государствам с долгой и сложной историей. Именно поэтому Москва настаивает на закрытии дела ещё до рассмотрения по существу.

Отдельное внимание обращается на опыт самого истца. Ранее структуры, связанные с Noble Capital, уже пытались предъявлять исторические финансовые претензии другим странам, в том числе Китаю, однако безуспешно. В Москве это рассматривают как признак того, что нынешний иск — скорее попытка «прощупать» судебную систему США на фоне продолжающихся дискуссий о судьбе замороженных активов.

В итоге позиция России сводится к простой и жёсткой формуле: долг не признаётся, иск считается неправомерным, а суду предлагается закрыть дело на процессуальной стадии. В Кремле и профильных ведомствах дают понять, что превращать финансовые архивы начала XX века в инструмент давления XXI века никто не позволит.

Исход этой истории пока не определён, но линия Москвы обозначена предельно чётко. Россия не собирается платить по счетам вековой давности и рассматривает иск как очередную попытку легализовать доступ к её замороженным активам под видом частного судебного спора.